Маленькой девочке было 3 или 4 года. Она тряслась как осиновый лист от страха и не понимала почему родители кричат на нее и обвиняют.
Потом я увидела ее сидящей и рыдающей перед закрытой дверью дома.
«Ты нас позоришь, ты никто, мы сдадим тебя в детский дом» и много других фраз отзывались в голове.
А множество ситуаций одна за одной пролетали перед глазами.
Мне так было жаль эту маленькую девочку.
Я чувствовала ее страх, боль, переживания, растерянность.

И старалась мысленно утешать и обнимать.
Я гладила ее по голове, волосам, спине. Рассказывала, что ждет ее в будущем и что, родители любят на самом деле, просто они не всегда понимали, что делали больно.
И не знали, что многие их действия были как ножом по сердцу.

Но теперь я это знаю, и спустя много лет могу вернутся обратно, в себя и долюбить эту маленькую девочку.
Ведь эта девочка - я. Моя маленькая внутрення девочка.
Мне было мало мамы и папы, сколько бы они не давали.
Они больше не могли и не умели, а мне нужно было еще и еще.
И только когда появилась Софийка, я поняла, как мало у меня внутри этой любви. Что порой мне нечем любить всю мою семью.
Я наполняла себя сначала внешними штуками: ванны там, покупки. Но это все не работает, если внутри пустота.

И тогда я стала сама себе мамой. Я обнимала Софийку и представляла малышку внутри. Я принимала доченьку и училась приниматься себя. Я видела Софийкины «падения» и прощала себя за ошибки и неудачи.
Каждый раз, когда Софийка плакала- Я плакала вместе с дочкой и вспоминала, опять проживала свое детство и отпускала, принимала и прощала себя. И так росла внутренняя опора во мне.

А потом пришел тот момент, когда моя внутрення малышка перестала приходить ко мне с грустными глазами и дырой в сердце. А стала прибегать напомнить о том, что небо голубое и как здорово жить на свете.

А любовь внутри стала большая и теплая. Ее много. И теперь ее хватает на многих других раненных девочек.

Made on
Tilda